Стоим в последнем вагоне электрички и курим, наблюдая за мужиком савоськами в обеих руках и рюкзаком за спиной. Мужик, по всему видно,очень торопится именно на нашу электричку и бежит в меру своих сили насколько ему позволяет взятый вес. А электричка, надо заметить,уже минуты две как должна была бы тронуться. По лицу мужика видно,что он об этом знает. Таки успевает запыхавшийся многоборец вскочитьв тамбур, и за ним тут же закрываются двери. Он смотрит на нас, мыготовимся его поздравить, и он, прислонившись своим рюкзаком к закрывшимсядверям, весь красный, произносит: "Ф-фу-у. Успел!!!". В это время дверипочему-то вновь открываются, мужик со всей поклажей вываливается наперрон. Двери закрываются. Электричка трогается. Обидно... Да?

Рассказал мой друг, Денис.
Лето он проводит в Карелии. А там, как известно, дороги узкие и очень сильно петляют вверх-вниз, вправо-влево.
Ехал как то раз он на своем мотоцикле. Темно уже было. Подъезжает он к повороту, и видит, что из оврага свет какой-то идет. Фары вроде.
Останавливается. И видит, что метрах в пятидесяти от дороги, в овраге, машина. Восьмерка вроде. Тут к нему подбигает толи туркмен(Т), толи узбек. В тюбетейке, вобщем. И на ломаном русском говорит:
- Мужик, памоги машин вытащить!
- Дай подумать...А как ты туда попал то?
- Да вот эду,эду я сегоднэ, смотрю, дэрога кончился! Что такой!Выхожу, смотрю дэрога налева. Эду налева. Смотрю, апять дэрога кончился. Выхожу, смотрю, она направо. Эду дальше. Смотрю, дэрога еще раз кончился. Ну, думай, она налева. Поворачиваю, а она направа!
Вообщем, когда тракторист приехал, пока ему тоже туркмен расказал, пока тот корчился от смеха, машина там долго лежала.

Уехал с женой по магазинам, дома остался 14-летний сын... Естественно, за компом. На следующий день мой приятель поведал:
- Пишу тебе в аське: "Коля, это ты?". А в ответ: "Нет, не я. Я куда-то с мамой упиздовал".

Учительница на уроке спрашивает:
-Дети, какое самое эротичное число?
Вовочка с ходу, не задумываясь отвечает:
-21593.
Учительница в недоумении:
-Вовочка, почему? Объясни.
-Потому что если двое думают об одном и том же, то как минимум через пять недель они поймут, что через девять месяцев их станет трое!

Учительница спрашивает:
- Кто самый популярный человек?
Вовочка тянет руку:
- Майкл Джексон!
- Садись, два!
На следующий день:
- Итак, дети, кто самый популярный человек?
Вовочка:
- Президент!
- Садись, пять!
Вовочка садится, достает под партой портрет Майкла Джексона и шепчет:
- Сорри, Майкл, - бизнес...

Сын ест большое яблоко, потом спрашивает у папы:
- Папа, а почему яблоко становится коричневым?
- Понимаешь, когда ты откусываешь, у яблока выделяется сок. Так как в яблоке большое содержание железа, то, взаимодействуя с кислородом, оно окисляется и таким образом приобретает коричневый цвет.
Пауза. Потом сын говорит:
- Папа, а с кем ты сейчас говорил?

Моисей сказал: "Все от Бога".
Соломон сказал: "Все от ума".
Иисус сказал: "Все от сердца".
Маркс сказал: "Все от потребностей".
Фрейд сказал: "Все от секса".
Эйнштейн сказал: "Все относительно".

Сколько евреев - столько и мнений...

Павел Харитонович Ситник был живой легендой завода. Он проработал в цеху
47 лет. Люди приходили, уходили, кто- то задерживался на несколько лет,
кто-то увольнялся через 2-3 месяца, а Пал Харитоныч продолжал работать..
То ли за это, то ли за что-то другое, но к нему приклеилось прозвище
Пауль Харрингтон - агент Антанты.. Харитоныч был человеком педантичным и
принципиальным. За все 47 лет своей трудовой деятельности он ни разу не
опоздал на работу и, ни разу не был замечен за изготовлением
чего-нибудь, для дома, для семьи. Иными словами гвоздя домой с работы не
унес. Но не этими своими качествами он был знаменит, а историей, которая
приключилась с ним под новый год..
В тот день Харитоныч как обычно вышел из своей квартиры в трехэтажном
доме, с покосившимися рамами, давно предназначенным на слом и как обычно
пошел знакомой дорогой на завод. В цех он вошел, как водится без
пятнадцати семь, поднялся в раздевалку,
открыл свой шкафчик, аккуратно повесил одежду, переоделся в спецовку и
пошел к станку.. Спустя пару часов, в цеху появилась пара рабочих,
которые принялись замазывать щели на окнах коричневой тягучей замазкой.
Харитоныч искоса поглядывал на них, продолжая работать и вспоминая жену,
которая ну просто запилила его. Она уже, который год не давала ему покоя
и просила, требовала, чтобы он, наконец, замазал щели на окнах.
Харитоныч тяжело вздохнул и опять углубился в работу. "Стружка идет
винтом - брака не будет"- любил говаривать он, когда учил молодых.
Прозвучал гудок на обед и все стали покидать цех. Кто пошел в столовую,
кто поднялся в раздевалку за снедью принесенной из дома, а кто поспешил
разложить доминошные костяшки, и, прикусывая бутерброд, начал
вколачивать домино в стол. Пал Харитоныч немного задержался у станка и
уже собирался пойти в раздевалку за домашними котлетами, как вдруг
заметил, что рабочие, те которые замазывали окна, забыли довольно
большой кусок, этой самой коричневой дурно пахнущей замазки. И тут
впервые за много лет Пауль Харрингтон - агент Антанты совершил самое
страшное в своей жизни преступление, он отломил кусок замазки, быстро
подошел к своему станку, взял с тумбочки газету, и аккуратно завернув
замазку, понес ее в свой шкафчик в раздевалке. И все бы хорошо, но, как
известно у каждого преступления есть свидетели. И как назло этим
свидетелем стал Рыжий Ринат. Молодой шустрый парень, весельчак и
любитель всяких розыгрышей. Увидев, как Харитоныч притомил кусок
замазки, Ринат был немало удивлен. Он знал, что уж кто-кто, а Пауль
никогда, ни за что, ничего не возьмет с родного завода. Конечно, такой
факт не мог оставить его безучастным и в голове у Рината мгновенно
созрел коварный план. Дождавшись, когда закончится смена и Харитоныч
пойдет в душевую, Ринат подменил сверток с замазкой таким же, только в
него он наложил собачьего говна. Но и этого ему показалось мало. Ринат
кубарем скатился на первый этаж и по местному телефону позвонил в
охрану. "А Ситник выносит" - наябедничал он и положил трубку стервец.
Ничего не подозревающий, чисто вымытый Пал Харитоныч, аккуратно уложил
сверток во внутренний карман пальто и двинулся к проходной. Охранник,
взяв в руки его пропуск, строго спросил:
- Ситник?
- Да.
- Зайдите к начальнику охраны.
В небольшой комнатке за столом сидел начальник охраны.
- Тааак, что несем? - не без ехидства спросил он.
Тут Харитоныча одолела такая нечеловеческая обида, что со словами: " е..
твою мать. Сорок лет проработал, гвоздя не спи.. л, а тут взял кусок
говна, да и то поймали!!! ", он плюхнул сверток на стол. Начальник
охраны по роду своей службы обязан проверить, мало ли кто что называет,
и как. Он развернул сверток и.... тут наступило полное недоумение.
Харитоныч не веря своим глазам, смотрел на содержимое, а начальник
охраны, глядя на то, что завернуто в газету произнес легендарную фразу:
" Ну, неси раз свое".....

Три приятеля прогуливали лекцию. Не думайте о них плохо эти трое совершенно нормальные студенты, впоследствии окончившие институт с красными дипломами. Лекция была по научному коммунизму, а последняя кружка пива, выпитая в перерыве в "пнях" (пни - пивная напротив института) - немного лишней. Опоздав к началу лекции, друзья скрашивали жизнь неторопливой мужской беседой в укромном уголке института.

Где и были застуканы КООДом (Комсомольский Оперативный Отряд Дружинников). В завязавшейся словесной перепалке победу одержали шестеро КООДовцев. А в возникшей потасовке первый раунд выиграли друзья один мастер спорта и полутяж, второй КМС, но легкого веса, третий просто помогал.

Во втором раунде к противникам подтянулось подкрепление в виде проректора по режиму, которого бить было не то что бы несподручно, а как-то неправильно. Друзья сдались непобежденными и были препровождены и переписаны.

Третий раунд был на следующий день. Первую лекцию преподаватель и декан начал воспитательной речью:
- Вчера стены нашего института, этого святого источника знаний, омрачились безобразной дракой, учиненной вашими товарищами. Где эти трое? Пусть они встанут. И стоя примут общественное порицание и осуждение.

Троица поднялась. В течение пятнадцати минут речь декана, призывавшего на головы провинившихся кары небесные, партийно-комсомольские и общественные, сопровождалась только их мужественным сопением.
- А теперь, - сказал декан, завершая обличение, - пусть встанут староста, комсорг и профорг и прилюдно расскажут, как они допустили
такие вопиющие пробелы в воспитательной работе. Почему они не встают? Их что, нет на лекции?

Староста, комсорг и профорг на лекции были, но встать не могли. Очень трудно встать, если уже стоишь.

В автобусе (внутригородском). Сидит мужик, лет 40-45,
с козлиной бородкой и в шляпе. Напротив сидит молодая
мама, с дочкой на руках, лет эдак 5-7. Девочка в упор,
из-под лба и не моргая смотрит на мужика. Мужик не
выдерживает столь пристального взгляда и начинает расспросы:
- Девочка, я тебе кого-то напоминаю?
Девочка отрицательно кивает головой.
- Может я тебе кого-то напоминаю?
Девочка молчит, но взгляда не отводит.
- Я похож на твоего папу?
Опять отрицательно машет головой.
- А может на твоего дедушку?
Девочка угрюмо молчит, но не смущается. В это время
окружающий народ уже заинтересовавшись этим полудиалогом
прекратил все разговоры, и внимательно слушает, тем более
что взгляд у девочки действительно очень пристально-внимательный.
Мужика же всеобщее внимание и упорство девочки начинает раздражать.
- Так на кого же я похож!!?
Девочку этот полуокрик заставляет ответить:
- На мамину писю.
Что начало творится в автобусе, думаю, рассказывать не надо.